Сегодня: г.

«Посмеялись, поматерились — сразу легче стало»: пожарный рассказал о ЧП во время тушения огня в Тюменской области

В соцсетях набирает популярность видеоролик, опубликованный группой пожарных из Свердловской области, которым чудом удалось спастись от окружившего их лесного пожара в Тюменской области. Мужчины боролись со стихией, однако из-за сильного ветра им пришлось спасаться от огня в реке. В итоге никто из них не пострадал, всех благополучно эвакуировали из эпицентра пожара. RT поговорил с одним из участников событий, 57-летним Владимиром Усатовым, который почти сорок лет работает пожарным-парашютистом. Мужчина рассказал, как удалось спастись ему и его команде, а также о сложностях и рисках своей работы.

— Расскажите, как произошли эти события?

— Всё случилось 17 мая, нас сбросили на пожар, он был очень большой. Сам я парашютист-пожарный. Нас было четыре группы по шесть человек. Фронт двигался на нас, там сразу был сильный ветер. Инструктор мне сказал остаться на таборе (в лагере. — RT), чтобы я, в случае чего, закопал наши вещи: инструменты, палатки.

Пожар приближался, ребята тушили огонь, а ветер всё усиливался. В течение буквально 15 минут пришёл настоящий ураган. Страшный, грозовой. В лагере на тот момент оставались я и наш повар, пытались закопать вещи.

В таких ситуациях самое ужасное — не страх того, что сам могу погибнуть, а страх за ребят, когда ждёшь их на таборе с пожара. В эти моменты за них боишься, не за себя. Повар сказал, что надо залезать быстрее в воду, в реку, а я ответил, что никуда не полезу, пока ребят не дождусь.

— Когда ваши люди вернулись с пожара, вы сразу побежали к воде?

— Отступать нам больше было некуда — кругом огонь, задымление сильное. Практически не сговариваясь, побежали к реке, решили нырять и пересидеть в воде. Другого пути у нас не было.

К тому моменту порывы ветра уже достигли огромной силы — рядом сносило какие-то столбы, деревья ломало. Видимость была нулевая, до такой степени, что мы ни под водой, ни над водой друг друга вообще не видели.

Отсиделись в реке минут 15—20, пока стихия не поутихла. Только когда дым немного ушёл, смогли пересчитаться, поняли, что все на месте, что все живы-здоровы. Начали, конечно, обниматься.

— Какие эмоции вы испытали, осознав, что сумели чудом спастись?

— Страх был, конечно, но я в этой профессии уже 37 лет. Признаюсь, в этот раз было страшновато. Но я уже бывал в разных передрягах за время работы: и парашюты, бывало, горели, и имущество. В этот раз тоже вещи погорели, но вещи — дело наживное, можно и докупить. Главное, что все выбрались, что все живы.

В таких ситуациях страх испытываешь не столько за себя, сколько за своих ребят, за родных. Когда налетел ураган, и огонь подступил к нам, думал о семье, о жене своей, красавице, о детях, внуках.

Но что поделать — мы ведь работаем со стихией. Пережили, конечно, страх, а потом вместе посмеялись, поматерились, и сразу легче всем стало. Профессия у нас такая.

— Как вас вывозили из эпицентра пожара? Есть ли какой-то план эвакуации для таких ситуаций?

— Когда всё немного успокоилось, за нами приехали лесники, забрали нас из эпицентра пожара. Где-то в течение часа после того, как всё накрыло огнем, нас вывезли из той опасной зоны. Лесник, сейчас в СМИ пишут, пострадал, но на самом деле там не чтобы травма какая-то произошла или телесные повреждения — просто тепловой удар у него случился, от жары, от огня. Температура воздуха была очень высокая.

Родным, конечно, мы при первой же возможности сообщили, что находимся в безопасности. Жена моя уже привыкшая — не раз случалось, что на моей работе случались какие-то экстренные ситуации. Как только выбрались из опасной зоны, позвонили семьям, успокоили, что все живы и здоровы.

— Страшно ли после таких экстренных ситуаций снова выходить на работу? Меняет ли это отношение к профессии?

— Я бы не сказал что отношение к профессии меняется, я-то уже очень много лет так работаю. Но те ребята, которые там ещё были, может быть, впервые с таким столкнулись. И всё же после пережитого никто не стал увольняться, не захотел уйти из профессии. Пострадавших нет. Немного кашляем, но уже можем нормально разговаривать. Все уже вернулись к работе.

Мы с ребятами после того, как оттуда живыми выбрались, договорились, что теперь каждый год 17 мая будем отмечать наш второй день рождения. Чай пить будем, такую традицию заведём.

— Как и почему вы выбрали для себя такую профессию? Где учились?

— Я работаю в одном и том же месте 37 лет, на Уральской базе авиационной охраны лесов. Сейчас мне 57. Никогда из авиационной охраны никуда не уходил. Как пошёл на пенсию, оформил её и продолжаю работать. Сколько бог даст здоровья, столько и буду работать.

Стать парашютистом-пожарным я решил, когда вернулся из армии, цель такую поставил себе. В моём посёлке тогда как раз звали на такую работу, и я решил что мне это подходит. До этого я смотрел на парашютистов, мне это очень нравилось всегда. А ещё я с детства развожу белых голубей, прямо как в фильме «Любовь и голуби». (смеётся) А так как голубей разводил, то сызмальства лазил везде за ними, ловил, высоты совсем не боюсь.

Отучился на Тюменской авиабазе на парашютиста, потом приехал в Свердловск, там отпрыгался, мы сделали по 12 прыжков, это был 1984—85 год. И всё, так я стал парашютистом-пожарным.

Профессия мне моя нравится. Я привык к парашюту… не могу долго не прыгать. Когда прыгаешь, это просто кайф, наслаждение, я без этого не могу. Это даже не описать словами.

— Какие правила безопасности важно соблюдать, выезжая на пожар?

— Обязательно нужно производить осмотр площадки. Смотр ветра заранее никогда не предусмотришь, потому что ветер меняется. Это стихия, нельзя предугадать ситуацию. Важно смотреть пути отхода.

— Как часто бывают опасные ситуации? Выплачивают ли компенсации в случае ЧП?

— У нас в один год семь человек ноги сломали, когда прыгали с парашютом, и один инструктор утонул — приземлился в озеро. Работа опасная. В Туве в 2013 году одиннадцать парашютистов сгорело заживо на пожаре.

По поводу вознаграждений за такие чрезвычайные ситуации я не знаю. В этот раз, может быть, отблагодарят. Пока мне позвонили только из профсоюза — сказали, что завтра-послезавтра нашей команде выделят по две тысячи рублей каждому. Но это не премия, это просто профсоюзные деньги — я к ним сам обратился, чтобы они ребятам дали.

— Есть ли какие-то приметы перед выездами у людей вашей профессии?

— У нас есть одна примета. Когда мы с пожара возвращаемся домой — хоть откуда, с любой территории — если кто-то говорит, что он по приезду домой будет топить баню, или что он хочет в баню, мы никогда не добираемся до дома спокойно. Уже 37 лет так. Если кто-то говорит про баню, то по пути домой обязательно будут какие-то препятствия. Либо машина сломается, либо вертолёт. Это уже испытано годами: кто-то вслух сказал про баню — нормально домой не доберёмся.

По материалам: russian.rt.com

 
Статья прочитана 18 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля

Последний Твитт