Слезы по российским серверам

2 Просмотров

Источник изображения: Фото: yandex.net

«Импортозамещение» в важнейшей для национальной безопасности сфере IT вызывает лишь возмущение

Мы продолжаем наш анализ российского рынка информационных технологий и информационной безопасности, начатый в № 19 («Импортонадувательство: приемы и методы»). Поговорим нынче о серверном хозяйстве. О центрах обработки данных.

Незаметное звено для обывателя

Нередко приходится сталкиваться с обывательским мнением, как работают важные для нашей жизни технологии. Что необходимо для работы сотовой связи – мобильный телефон. Что необходимо для оплаты покупки в магазине – банковская карта и терминал. Но все встает на свои места, когда телефон теряет связь с сетью и становится понятно, что абсолютное большинство приложений перестает работать. А необходимый для жизни и работы телефон или компьютер превращается в дорогой кусок пластмассы, стекла и металла.

На самом деле большинство данных в современном мире обрабатывается в так называемом облаке. А не на вашем компьютере, телефоне или банкомате. Физически «облака» представляют собой крупные центры обработки данных, где сосредоточены тысячи серверов – высокопроизводительных компьютеров, обеспечивающих обработку информации. Именно благодаря сложнейшим системам из различных серверов мы имеем возможность открывать сайты в Интернете, пользоваться социальными сетями, платежными системами и прочими плодами развития информационных технологий.

“ Абсолютно все электронные компоненты, корпуса, блоки питания сделаны за пределами РФ. Продажи такой продукции никак не двигают российскую науку и не создают спрос на высококвалифицированных специалистов ”

Еще при президенте Дмитрии Медведеве (2008–2012) в СМИ широко презентовали перспективный российский сотовый телефон. Как водится с такими проектами, все началось с громких речей и закончилось ничем. Однако даже если бы в рамках проекта получился успешный продукт, то проблему технологической независимости РФ он не решил бы.

Так как же обстоят дела с серверным оборудованием в России и в мире?

К 2020 году сложилась ситуация, когда большинство данных в мире обрабатывается на серверах архитектуры x86. Архитектура вычислительной системы определяет набор команд, принципы обработки информации, в конечном итоге – используемые приложения. Центральным элементом сервера является процессор. Архитектура x86, разработанная компанией Intel в 70-х годах XX века, стала настоящим конкурентным преимуществом этой компании. Многие десятилетия для данной архитектуры разрабатывались приложения программистами со всего мира, появлялась все более быстрая и объемная память, оптимизировались языки программирования, разрабатывались операционные системы.

В результате процессоры архитектуры x86, фактически обрабатывающие подавляющее большинство современных данных, выпускают всего три компании – Intel (США), AMD (США) и в гораздо меньшей степени VIA (Тайвань). Безусловно, архитектура x86 защищена закрывающим набором патентов, что не дает возможности появления таких процессоров у других производителей.

А это крупнейшие производители серверов – Dell, Cisco, HPE, IBM, Oracle (все технологические лидеры – компании из США), Bull (Франция), Huawei (КНР), Fujitsu (Япония). Именно на этом оборудовании обрабатываются данные в «облаках», будь то зарубежные сервисы, будь то российские, вроде Yandex.

Есть ли отечественные производители серверов

В РФ несколько производителей – Depo, Kraftway, Аквариус и некоторые другие. В 2020 году российские производители при поддержке Минпромторга объединились в консорциум «Вычислительная техника» для повышения своей эффективности на рынке страны.

В результате развития импортозамещения в ИТ количество заказов у российских производителей серверного оборудования существенно выросло – государственный и корпоративный сектор начал переходить на использование отечественных серверов.

Но взглянув на продуктовую линейку российских производителей, хорошо видно, российское ли оборудование они выпускают. Это стандартные серверы, полностью состоящие из зарубежных компонентов с архитектурой x86 и процессорами Intel. Производители декларируют, что системные платы их серверов спроектированы в РФ (изготовлены скорее всего на «контрактном» производстве в КНР), для серверов обеспечена совместимость с «российским операционными системами» (тема «российских операционных систем» достойна отдельного рассмотрения и материала для «ВПК»).

Таким образом, российскими эти изделия можно назвать только в очень небольшой части. Абсолютно все электронные компоненты, корпуса, блоки питания сделаны за пределами РФ. Продажи такой продукции никак не двигают российскую науку, не создают спрос на высококвалифицированных специалистов и большая часть добавленной стоимости остается за пределами РФ.

Эти факты подтверждаются тем, что цены на российские серверы (и другую сложную электронику) изменяются согласно колебаниям курса доллара, практически синхронно. В целом мы имеем ситуацию замены одного импорта на другой с небольшими вкраплениями местной добавленной стоимости. И ситуация за те годы, когда импортозамещение стало актуальным, не изменилась.

А как же «Эльбрус» с «Байкалом»?

В медийном пространстве периодически можно слышать торжественные сообщения о российских процессорах «Эльбрус» и «Байкал». Как правило, тональность репортажей говорит об очередных скорых победах импортозамещения и всеобщем переходе на вычислительную технику российского производства. Попробуем разобраться.

«Эльбрус» является отечественной разработкой, процессором с оригинальной архитектурой со сверхдлинным командным словом (VLIW). Разработка с переменным успехом велась с начала 90-х годов, основываясь еще на советском опыте в микроэлектронике. До коммерческого продукта «Эльбрус» дозрел несколько лет назад.

«Байкал» является российской разработкой, основанной на зарубежном опыте и архитектуре MIPS, популярной в различной бытовой электронике и специальных изделиях.

На базе обоих процессоров имеются законченные продукты – компьютеры, серверы. Однако их распространенность на сегодня крайне мала. Для этого есть несколько причин:

  • цена конечных изделий на данных процессорах очень высока. Таковы особенности выпуска малыми партиями. Это не дает появиться продуктам на российских процессорах на массовом рынке;
  • отсутствие совместимости с существующими приложениями либо недостаточный уровень совместимости. Программы, написанные под архитектуру x86, не функционируют (условно) на российских процессорах. А это диктует необходимость замены программного обеспечения, повторной интеграции его в процессы компании или ведомства, повторное обучение пользователей. Это просто огромные затраты как финансовые, так и временные, требующие еще и высокого управленческого уровня.

Насколько же системы на базе процессоров «Эльбрус» и «Байкал» являются российскими? В части разработки – безусловно, да. Но выпускаются они на контрактных производствах за пределами РФ – российских мощностей по производству микросхем уже нет. Контрактное производство – мировая практика, но в контексте импортозамещения и технологической независимости – это крайне серьезная уязвимость. Тем более что крупнейшие заводы, выпускающие микросхемы по контрактам, так или иначе находятся под контролем США.

Вся остальная обвязка систем на российских процессорах также не имеет отношения к самой РФ – модули памяти, накопители, чипсеты и другие микросхемы. Эти компоненты вторичны, но сервер работать без них не будет. В итоге эти продукты можно называть российскими очень условно. И их наличие недостаточно для технологической независимости.

А что Китай

Показательный во многих плоскостях опыт демонстрирует Китай. Huawei уже давно является одним из ведущих производителей серверов и до последнего времени создавал их на базе процессоров и системной логики Intel. При этом Huawei последовательно проводил локализацию производства и внедрение своих компонентов (твердотельные диски SSD, контроллеры, блоки питания и т. д). Но в 2019 году началась санкционная технологическая война между США и Китаем, где главный удар пришелся именно на компанию Huawei. Технологические санкции предусматривали прекращение поставок технологий и электронных компонентов для производства оборудования «Хуавэй». Это крайне серьезные и болезненные санкции, которые даже близко не соответствуют тем, что введены против РФ. Хотя санкции вскоре были сняты, Huawei предпринял следующие меры:

  • опережающее внедрение собственных технологий на серверах производства Huawei;
  • популяризация линейки серверов, основанных на собственной архитектуре и собственных процессорах.

Ответ Huawei вышел сильным. Фактически сейчас на рынке есть множество серверов, основанных на собственных технологиях, с собственными процессорами на архитектуре ARM. При этом Huawei инвестирует огромные средства в экосистему вокруг своих продуктов – в приложения, операционные системы, базы данных, средства разработки. И доля рынка их серверов непрерывно растет.

В мае 2020 года стали известны новые планы по технологическому удару Huawei. США собираются запретить контрактным производствам, таким как TSMC, принимать заказы от Huawei. Мировые фабрики по производству современных микросхем находятся под контролем США, а на данных фабриках выпускаются и российские процессоры. Это серьезнейший удар, который формирует новые вызовы. Как с этим справится Huawei и Китай в целом, покажет время. Но подходы к импортозамещению, показываемые Huawei, заставляют испытывать оптимизм.

Другим значимым примером импортозамещения в Китае являются процессоры Hygon Dhyana, созданные в сотрудничестве компаний Sugon (частно-государственная компания, являющаяся частью Китайской академии наук) и американской AMD. Они сумели создать оригинальный процессор, совместимый с архитектурой Intel x86, не нарушающий патентов и обеспечивающий хорошие потребительские характеристики. Кроме того, созданы серверы и рабочие станции, доступные уже на внутреннем рынке Китая. Это существенный прорыв, который позволит выпускать собственные серверы, полностью совместимые со всем программным обеспечением, написанным за многие годы. Возможно, кроме Intel и AMD, на рынке процессоров появится третий сильный игрок.

Китайский подход к импортозамещению серверного оборудования показывает впечатляющие результаты. В российском же варианте мы видим только шумиху в СМИ и более чем скромные результаты. Попытаемся обобщить, в чем успех китайского подхода.

В первую очередь китайские компании не ориентированы на узкий сегмент внутреннего рынка. Российские компании нацелены на государственный сектор, «оборонку» и в меньшей степени на госкорпорации. Это изначально мертворожденный подход, означающий высокую цену и низкую доступность этой продукции. Китайские компании нацелены на максимально широкий рынок как внутри КНР, так и за границей. Оборудование продается с большими скидками, зачастую предоставляется бесплатно перспективным заказчикам, лишь бы его использовали и создавали вокруг этого оборудования экосистему бизнес-приложений.

Китайские компании пытаются развивать не столько свои продукты, но и экосистему вокруг них. Вкладывают огромные деньги в разработку, предоставляют на льготных условиях комплекты разработки программного обеспечения, всячески стимулируют разработчиков для создания программ именно для их платформ. Тут особенно хорошо виден контраст с российским подходом. Очевидно, российские производители нацелены на получение прибыли сразу с продаж оборудования (на максимально лояльном и неконкурентном рынке) и не готовы «играть в долгую».

Насколько устойчивы будут российские компании при введении технологических санкций? Думаю, это понятно. Никакой технологической независимости пока нет и с такими подходами не предвидится.

От редакции

Во всем, что не касается болтовни на мировых саммитах, парадов, пропаганды или пинания мяча, российская власть выказывает поразительную беспомощность. Она так и не догадалась вложить деньги в отечественное электронное производство, применив протекционизм китайской модели и выведя русские разработки на мировую арену. Власть сырьевиков, бюрократов и ростовщиков вообще не любит делом заниматься.

Вы понимаете, какой будет расплата за все это?

Ромэн Касаев, системный инженер

Газета «Военно-промышленный курьер», опубликовано в выпуске № 22 (835) за 16 июня 2020 года

Права на данный материал принадлежат

Материал размещён правообладателем в открытом доступе

Похожие статьи