Сегодня: г.

Сергей Женовач отмечает юбилей: Мастер вне мейнстрима и трендов

Фото Александра ИВАНИШИНА

Сергей Васильевич — человек особенный в режиссерском полку. Он как бы вне мейнстрима и трендов. Не светский совсем, не модный, не тусовочный. Не производитель скандалов, возбуждающих новостей и вообще «не» по многим позициям, которые для других как обязательная программа успешной жизни. А ему не надо укреплять статус художника всем вышеперечисленным, потому что он — Мастер, и этим все сказано.

Женовач умеет делать то, что мало кто сегодня умеет — русский психологический театр. А в нем на одном формализме далеко не уедешь, одним экспериментом, который, если так разобраться, все — прошлогодний снег, пустоту не прикроешь и никого не удивишь. А вот его постановки удивляют. Нет, поражают — внешней простотой, за которой и глубина, и объем, и жизнь, и пища для ума.

Фото Александра ИВАНИШИНА

Ставя в ГИТИСе дипломные спектакли, он сразу задавал и задает студентам серьезную планку — Гоголь («Владимир третьей степени»), Фолкнер («Шум и ярость»), Достоевский («Мальчики» по девяти главам романа «Братья Карамазовы»). «Шум и ярость» он сделал с молодыми фоменковцами (они о театре тогда еще и не мечтали) почти двадцать лет назад, а его до сих пор помнят театралы и детям своим рассказывают про пятичасовой марафон на крошечном пространстве учебной сцены, где метался и мучился одиночеством герой Юры Степанова, позже выросшего в большого артиста, но, увы, безвременно ушедшего. Попал в автокатастрофу, возвращаясь домой после спектакля.

А потом у Сергея Васильевича в послужном списке были в разных театрах другие спектакли по произведениям классиков: Малый театр, Малая Бронная, «Человек», а также за рубежом, за которые он получал «Золотые маски» и прочие серьезные премии. Поставил четыре романа Булгакова — два в МХТ («Белая Гвардия», «Бег») и два у себя в Студии театрального искусства, что на улице Станиславского («Записки покойника», «Мастер и Маргарита»).

Фото Александра ИВАНИШИНА

Кстати, родиться в один день с писателем и волею судеб оказаться с учениками на улице основателя Художественного театра и школы переживания — это вам совсем не кстати и двойная не случайность. Это, бесспорно, знак, который Сергея Васильевича, повязанного (даже если так вышло) с Булгаковым и Станиславским, ко многому обязывает. Как будто ими он приговорен к высокому — в культуре, театре, в жизни. Работать только с большой литературой, не жить по двойным стандартам, не переобуваться в полете, не суетится. Ведь «служенье муз не терпит суеты» — это все Пушкин, и они, его незримые гении, повелели. А он…

Фото Александра ИВАНИШИНА

Он служит театру в том его значении, как исповедовал его Константин Сергеевич — отражать жизнь человеческого духа и где актеры, а не технологии, являются его основой. Он воспитывает учеников — у него хорошо обученная сильная молодая труппа, которая зажигает в «Заповеднике» или в «Москва — Петушки», объемно проживает чужие жизни в «Трех сестрах», «Реке Потудань», «Самоубийце», «Старухе», «Одном дне в Макондо». Они — его дети, он их вырастил, из его рук они получили эту сложную профессию, он научил не ронять ее, к чему сейчас так располагает время и тренды. Но за них он можно быть спокоен — эти на дешевку не размениваются.

Фото Александра ИВАНИШИНА

Женовач из породы тихих, но сильных. Испытания последних лет, связанные с МХАТом имени Чехова, опыт, который останется с ним на всю жизнь, он прошел. Прошел, но сохранил себя и свою приверженность приоритету художественности над сиюминутной ветреной модой, достоинство.

Сейчас Сергей Васильевич готовится в СТИ к постановке «Ревизора». Вот и макет уже принят от постоянного соавтора художника Александра Боровского. Начинаются репетиции, а значит, нас ждет интересное путешествие в русский мир Гоголя, как никогда сегодня актуального.

По материалам: www.mk.ru

 
Статья прочитана 14 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля