Сегодня: г.

В Большом театре показали вторую серию программы Postscript

Ильдар Гайнутдинов в балете Сиди Ларби Шеркауи «Фавн». Фото Андрей Степанов

Postscript 2.0. – вторая серия балетной программы, разбавленная новыми произведениями российских хореографов. Основа, то есть сам балет известнейшей пары хореографов из Нидерландов Пола Лайфута и Соль Леон Postscript, по которому, собственно и получил название весь вечер, а также балет другого известнейшего европейского хореографа — марокканца Сиди Ларби Шеркауи, «Фавн», остались в программе по-прежнему. 

Не поменялась и структура, а также концепция вечера: сочетание в одной программе произведений, отличающихся друг от друга по стилю, направлению, даже по своей философии. Но на место балета британца Уэйна Макгрегора «Макгрегор+Мюглер», открывшего прошлогоднюю программу, встал балет российского хореографа Константина Кейхеля Initium, а вместо неоклассичесского балета Алексея Ратманского на музыку Чайковского «Воспоминание о другом месте», поставленного когда-то для Национального балета Нидерландов, балет Юрия Посохова на музыку Александра Скрябина «Соната – фантазия».

Вряд ли была такая уж необходимость вносить «новые краски» в востребованную и без того популярную программу. Необходимость такой замены, скорее, кроется в артистах и хореографах, участвовавших в прошлогодней премьере, но по политическим причинам не ставших сотрудничать с российской программой сейчас.

В частности, к лучшим танцовщикам Большого театра здесь присоединили звезду contemporary dance, победителя многочисленных телевизионных танцевальных шоу Ильдара Гайнутдинова, что, по мнению организаторов, позволит его многочисленным поклонникам оценить танцовщика contemporary dance в необычном амплуа на сцене Большого театра, и посмотреть, насколько органично он впишется «в эту сложнейшую хореографическую ткань».

Ильдар Гайнутдинов и Анастасия Денисова в балете Сиди Ларби Шеркауи «Фавн». Фото Андрей Степанов

Собственно, на этого танцовщика ансамбля TODES, который, помимо танцев, ещё «развивается» в модельном и шоу-бизнесе, участвует в показах российских дизайнеров, сотрудничает с различными мировыми брендами, снимается для модных журналов, танцует на подтанцовках звезд российской эстрады на Евровидении и имеет к тому же многочисленную армию подписчиков в соц. сетях, и был сделан в новом проекте основной упор. 

Однако планы ввода в программу этого исполнителя были и раньше, правда, главная реклама на прошлогодней премьере делался отнюдь не на него, а на звезду и прима-балерину Большого театра Ольгу Смирнову, покинувшую в марте этого года страну. Да и Алексей Ратманский, например, как известно покинул Россию на другой день после начала спецоперации, и отменил в Большом театре премьеру своего балета на музыку Баха.

Как бы то ни было, вместо прошлогодней программы, в Большом показали вторую её серию, уже без участия в ней уехавших из России артистов.

Маргарита Шрайнер и Дмитрий Дорохов в балете Константина Кейхеля Initium. Фото Андрей Степанов

Итак, в балете открывавшем программу Initium («Начало») вместо примы Большого театра Ольги Смирновой на сцене мы наблюдали танцора ансамбля TODES Ильдара Гайнундинова, вместо известнейшего английского хореографа Уэйна МккГрегора — хореографию Константина Кейхеля, а вместо экстравагантных костюмов ушедшего в самом начале этого года из жизни кутюрье Манфреда Тьерри Мюглера, его серебряных и золотых шлемов, зеркально-сияющих лат киборгов и боди-трико, напоминающего рептилоидную кожу — простые черные трусы и купальник «разработанные» Игорем Чапуриным.

В сущности, такая замена, оказалась не лучше, и не хуже, крайне неудачного балета «Макгрегор+Мюглер», ставшего самым слабым звеном прошлогодней программы. Балет Константина Кейхеля с его видеопроекциями, созданными композитором и медиа дизайнером Константином Чистяковым и художником по свету Ксенией Котеневой, хотя и не создают какую-то необычную фантастическую картинку (неоновая линия на сцене и огненный шар напоминающий солнце на видеопроекции), как это было в балете «Макгрегор+Мюглер», все же погружают зрителя в нужную для создания впечатления атмосферу, а хореография, хотя и не такая сложная и  затейливая, как у МакГрегора, специалиста по скрученным в бараний рог или завязанным немыслимым узлом телам, но все же довольно интересная. 

Таких навороченных комбинаций, как МакГрегор, Кейхель, конечно, не предлагает, подход к движению у этого хореографа совершенно другой. Но всё та же трудно считываемая бессюжетная история, как и у его английского коллеги, правда, сдобренная немалой долей доморощенной философии: «начало, тождественное концу, переход из хаоса в космос, инициация, таинство, пробуждение нового цикла». Правда, понятие начала «авторы рассматривают как синтез артистов, музыки, света, проекции и хореографии, где начало символизирует этапы перехода от состояния к состоянию», что значительно упрощает и проясняет дело. Созданная специально на Ильдара Гайнутдинова, его гуттаперчивые способности она не раскрывает. Гораздо интересней в этом балете смотрится второй состав, состоящий уже целиком и полностью из танцовщиков Большого театра Маргариты Шрайнер и Дмитрия Дорохова.

А вот в балете Шеркауи «Фавн» способности по преображению и одухотворению собственного тела Ильдар Гайнутдинов демонстрирует в полной мере. Хореограф Шеркауи создает в своих балетах собственный язык движений, мешая с классикой традиционные африканские танцы, хип-хоп, джаз. И этот тип движения оказывается для Ильдара Гайнутдинова, с 8 лет (тогда мама привела ребенка с аутистическим расстройством в школу TODES) приобщенного к уличным направлениям танца, таким как хип-хоп и House, наиболее органичным.

Казалось, лучше исполнить хореографию Шеркауи, чем это делает премьер Большого театра Вячеслав Лопатин, просто невозможно.

Лопатин вместе со своей партнершей и женой Анастасией Сташкевич в первый день премьеры, казалось, показывали на сцене соитие уже даже не «полуживотных, полулюдей», как задумано у Шеркауи, а каких-то членистоногих — настолько нереальной и фантастичной, но вместе с тем неэротичной и механистичной, подобной неодухотворенному биологическому процессу, была их пластика в этом балете.

Ильдар Гайнутдинов и его партнерша Анастасия Денисова растворяясь в музыке Дебюсси (впрочем, исполнение Лопатина-Сташкевич тоже было очень музыкальным), вносили в балет пульсирующую жизнь и эротику, плоть и кровь, одухотворяли его до «логоса» и возвращали к той первоначальной идее, которая задумывалась, когда этот балет ставил в 1912 году «Бог танца» Вацлав Нижинский.

Балет Юрия Посохова «Соната-фантазия». Фото Андрей Степанов

Другую премьеру вечера – балет «Соната-фантазия» на музыку Александра Скрябина – поставил для этой программы хореограф Юрий Посохов. Он объявлен как мировая премьера, хотя это одно из ранних сочинений Посохова, и этот балет уже танцевали в Сан-Франциско, где хореограф постоянно работает. Юрий Посохов – один из недавних постановщиков в Большом театре таких балетов, как «Герой нашего времени», «Нуреев» (вместе с Серебренниковым), «Чайка» (вместе с  Молочниковым). Режиссеры-постановщики, с которыми в тандеме он любит работать, часто «смиряют», «вводят в берега» не обладающую четкой структурой хореографию этого балетмейстера. Она, по сути, строго классическая, но, как и положено хореографу XXI века, сдобренная современными новациями, сложными связками и поддержками. В балете «Соната-фантазия» хореографа никто не сдерживает, и он от души отдается полету своей фантазии к придумыванию всяческих па.

Развевающиеся, полупрозрачные занавеси, рояль, романтичная атмосфера…. Сейчас хореограф работает над балетом «Щелкунчик» в Музыкальном театре Станиславского и Немировича-Данченко. Там же в настоящее время восстанавливают для концерта на закрытие сезона и знаменитый балет Дмитрия Брянцева «Призрачный бал». Так что оформление своего обновленного и переработанного балета Юрий Посохов вместе со своим художником-постановщиком Бенджамином Пирсом и художником по свету Кевином Коннотоном позаимствовал прямо оттуда. Отличия есть, но они минимальные (например, рояль, за которым музыку Скрябина исполняет Андрей Коробейников, стоит не на сцене, а со сценой рядом).

Алексей Путинцев и Анастасия Сташкевич в балете Юрия Посохова «Соната-фантазия». Фото Андрей Степанов

В балете четыре пары, и каждой Юрий Посохов дает возможность потанцевать. Главная пара: Алексей Путинцев и Анастасия Сташкевич. В их дуэте много поддержек, всяческих связок, с которыми артисты отлично справляются. Дуэты Посохова нередко напоминают сочинения Пола Тейлора и Джерома Роббинса, но и своего, излюбленного в них много. Фирменный прием — скользящие, словно в фигурном катании, когда балерину влечет в поддержке партнер, движения. В западной хореографии такое скольжение часто встречается. Любит его использовать в своих балетах и Юрий Посохов.

В «Сонате – фантазии» много чего понаставлено: есть женский дуэт, есть танцы, поставленные для четверки мужчин, есть соло, есть танцы всех четырех пар. Как и у Брянцева в «Призрачном бале», когда музыка уже стихла, балет заканчивается красивой композицией. Главная пара в центре: балерина поникла на руках у партнера. Все остальные участники тоже на сцене, они окружают главную пару. И безмолвно кружатся вокруг себя… Только не пары, как у Брянцева, а балерины. Их подкручивают партнеры.  Смотрится это красиво и стильно. И, несмотря на обильные заимствования, это интересная работа, оставляющая по просмотре самое благоприятное впечатление… 

По материалам: www.mk.ru

 
Статья прочитана 14 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Здесь вы можете написать отзыв

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля