Очередная «прямая линия» Владимира Путина продемонстрировала устаревание этого формата, а также самого президента и его окружения. Многие уже отметили, что вопросы были отобраны самые безобидные, а часть из них задавалась в записи. Президент пытался поговорить с авторами, что отчасти и приводило к «обрывам связи», которые позже объясняли хакерскими атаками.
Более существенными выглядят странные оговорки, заставляющие усомниться в подготовке главы государства. Говоря о льготных кредитах, Путин упомянул «ипотеку в 2,5%», хотя ставка по завершившейся программе составляла 6,5%. Он также заявил, что «ставку чуть подняли на полпроцентных пункта», назвав новый уровень в 7,5%, что не соответствует арифметике.
«Упомянутой льготной ипотекой за год воспользовались 500 миллионов человек», — заявил президент, что примерно в три раза превышает население России.
Эти цифры не были исправлены в студии и даже попали в официальную стенограмму на сайте Кремля. Примерно так же прозвучали заявления о дефиците овощей, из-за которого морковь стала дороже бананов, после чего сразу последовал рассказ об экспорте сельхозпродукции. Далее без паузы сообщили о запрете вывоза зерна.
В ходе общения неоднократно упоминалось, что местные чиновники угрожают гражданам за жалобы или обращения в Москву. Это неудивительно: подобные «прямые линии», по мнению автора, всё больше убеждают бюрократов в их безнаказанности.
Ответы президента в основном сводились к обещаниям финансовых вливаний. Например, на вопрос о плохой воде во Пскове он вспомнил о 500 миллиардах рублей на инфраструктуру. Это создаёт впечатление, что любые недостатки можно компенсировать деньгами из центра.
На «прямую линию» поступило два миллиона вопросов, а ответили лишь на сотню. Чиновникам указали на считанные проблемы. Таким образом, риск произвола на местах выглядит оправданным, поскольку руководство страны лишь имитирует решение вопросов.
Имитация диалога давно не вызывает восторга: глава государства оторван от реальности и не знает, как живёт население. Раньше этот формат давал нейтральный или положительный эффект, но теперь он несёт лишь отрицательные последствия.
«Никто не звонит Джо Байдену из Флориды или Миннесоты, жалуясь на ямы на дорогах», — отметил Андрей Макаревич.
Вопрос не в том, что народу не пристало рассказывать о своих проблемах, а в том, что главе государства не стоит так откровенно демонстрировать свою неадекватность.
