Особенные дети в детских домах часто лишены шансов на усыновление. Они с трудом говорят, не умеют выражать эмоции. Их будущее — психоневрологические интернаты, где они проведут жизнь за забором. Приёмным семьям, взявшим таких детей, бывает очень сложно без поддержки. В посёлке Вырица Латвийской области более десяти семей с приёмными детьми, включая детей с особенностями, поселились по соседству друг с другом в рамках православного проекта.
«Я люблю больше всего Таню Буланову! И Жанну Бичевскую! Мама, а Таня Буланову к нам когда-нибудь приедет? Моя мечта — её увидеть, — непоседливая Тоня не замолкает. — А ещё великую княжну Татьяну Николаевну Романову люблю».
Мама Надя объясняет Тоне, что песню в интернете поёт не великая княжна. Однако Тоня не унимается и продолжает болтать о певице и княжне. У неё светлые волосы, большие глаза в очках и широкая улыбка.
Если бы не чудо, Тоня не бегала бы здесь и не разговаривала. Её судьба была предопределена: коррекционный детдом, а затем психоневрологический интернат. Казённая жизнь, строгий распорядок и окружение чужих людей.
Про таких, как Тоня, в детдомах говорят откровенно: «Их никто не возьмёт».
Но у Тони есть мама Надежда, папа отец Феодосий и тринадцать братьев и сестёр. Многие, попав в большую семью в Вырице, не умели говорить, справляться с бытом или нормально есть. Они умели только кричать и драться.
Семьи священников часто берут приёмных детей с особенностями. Уникальность Вырицы и Центра «Умиление» в том, что таких семей здесь много. Все соседи отца Феодосия — тоже усыновители, и большинство их детей — с особенностями развития. Здесь уже живут 39 детей из более чем десяти семей.
Это сообщество приёмных семей, а не детдом семейного типа. Для всех детей родители — это мама и папа.
Посёлок Вырица находится в сосновом бору. Неподалёку течёт река Оредеж с опасными омутами. Во время войны на том берегу был концлагерь для детей. Теперь же здесь снова звучат детские голоса.
Писательница Серафима Дмитриева цитирует выживших узников. Они рассказывают о побоях, тяжёлой работе и скудной пище. У многих брали кровь для немецких офицеров.
«У меня кровь не брали, но моя сестра Лена умерла в лазарете. Говорила: «Саша, возьми меня отсюда. У меня уже и крови нет, а они всё берут»».
Лагерь, значившийся как «детский дом», освободили в 1944 году. После войны учитель-фронтовик Борис Тетюев с учениками нашёл останки более сотни детей и помог установить памятник.
В те же годы в Вырице жил старец Серафим Вырицкий, помогавший детям из лагеря. Он открыто молился о спасении России. По воспоминаниям, он предсказал немецким офицерам их поражение.
История центра «Умиление» началась в середине 2000-х. Студенты духовной семинарии стали ездить в детдома, чтобы восполнить детям недостаток общения. Будущие отцы Константин и Феодосий не знали, что это изменит их жизнь.
«Я готовился к монашеству, — рассказывает отец Феодосий. — Но стоило один раз приехать в детский дом — и накатила волна, которая меня смела. В итоге она принесла меня сюда, в Вырицу».
Во время разговора его постоянно прерывают дети. Они лезут на колени, стараясь привлечь внимание. Здесь живут Риту, Кристину, Якова и других. Некоторые дети уехали в гости.
Сначала к проекту отнеслись настороженно, но около трети детдомов согласились на визиты. Со временем волонтёры стали организовывать праздники и поездки для сирот.
В движении «Покров» отцы Константин и Феодосий встретили своих будущих жён. Первым ребёнком в их семье стала Аня из интерната для слабовидящих.
«Когда мы её впервые увидели, заведующая сказала: «Никто Аню не заберёт». И у меня в голове появилась мысль: «Нет, мы — заберём», — вспоминает отец Феодосий.
Аня не умела говорить. «Ку» означало «кушать», «спа» — «спать». Однажды её отправили в психиатрическую больницу, и родители забрали её оттуда домой.
«Когда Аня к нам приехала, я первое время не спала, — говорит Надежда. — У неё не было режима. Она не знала, какую еду любит. Постепенно она начала спать и заговорила».
У Ани открылся талант к иконописи, и она получила аттестат. Из-за диагноза она навсегда останется наивной и доверчивой. Такие люди часто оказываются в интернатах или попадают в криминал. Аня же проживёт жизнь в своей семье.
После Ани в семье появились другие дети: Оля, Дима, Тоня, Яша. Серьёзного Яшу опекун хотела сдать в больницу, но отец Феодосий забрал его к себе.
«Яша просто любит уходить от окружающих, это его особенность. Один раз в Крыму он уплыл от берега на надувном крокодиле. Хорошо, я умею плавать, догнала его», — улыбается Надежда.
Досуг детей в этих семьях устроен так же, как и в обычных. Они гуляют, смотрят кино, занимаются в соцсетях и ездят на отдых.
В 2010-е годы был основан фонд «Детская миссия». Важную роль в проекте сыграли три священника, которых в Вырице уважительно называют старцами.
Отец Иоанн (Миронов), благословивший создание фонда, любит повторять: «Храм не строй, сироту пристрой». Именно он познакомил отцов Феодосия и Константина с отцами Кириллом и Мефодием (Зинковскими), ставшими духовниками «Детской миссии».
Когда отцы задумались о постройке детского дома, в их жизни появился благодетель — топ-менеджер Евгений Гришин. Он помог построить большой деревянный дом для семьи отца Феодосия.
Количество детей росло, и несколько приёмных семей решили жить в этом доме сообща.
«Были, конечно, и страсти, и притирка, — продолжает отец Феодосий. — Потом возникла идея «Умиления». Мы начали строить второй корпус, а теперь и третий».
Условие получения квартиры простое: они для многодетных семей с приёмными детьми. Каждая семья живёт по своему укладу, но общие ценности понятны всем.
Сергей и Наталья переехали в центр недавно. Наталья много лет проработала в психоневрологическом интернате. Они взяли к себе мальчиков Максима и Никиту, а затем и маленькую Дашу с её мамой Наташей.
«Наташа — сама детдомовская, после выпуска начала «бунтовать», — рассказывает Наталья. — Родила Дашу, и это удержало её от падения. Мы взяли Дашу, а Наташе разрешили приезжать с условием».
Наташа прошла реабилитацию, вылечилась от зависимости и теперь тоже живёт в этой семье.
«Даша первое время всем говорила: «У меня две мамы, одна маленькая, вторая злая», — смеётся Наталья. — «Большая мама заставляет посуду мыть»».
Сейчас у Наташи появился жених, и Даша говорит, что скоро у неё будет два папы. Знакомство с семьёй жениха проходило под присмотром отца Иоанна.
Молодые супруги Татьяна и Артём, наоборот, приехали в Вырицу работать и решили остаться. Они усыновили маленького Ваню и стали первыми жителями нового дуплекса.
«В анкете я указала, что готова взять ребёнка с небольшими отклонениями, — поясняет Татьяна. — Случайно дали здорового блондина. Я хотела забрать его сразу, но не успела собрать бумаги».
Они ценят тишину и соседей, но не отказываются от цивилизации и поездок в город.
Евгений Гришин, тот самый благодетель, тоже переехал в Вырицу и стал усыновителем. Рядом растёт дом других волонтёров, которые взяли приёмных детей.
Одна из причин переезда для многих семей — возможность растить приёмных детей среди таких же детей.
«Они все переживают, что приёмные. Считают себя неполноценными. А тут все такие, и нет комплекса», — говорит Наталья.
Долгое время был сложности с обучением детей, которым нужна особая программа. Недавно открыли три коррекционных класса, что стало большим достижением.
История усыновления особых детей — это история борьбы со страхом. Со страхом родителей, страхом детей и страхом общественного мнения.
Собака Шерри, подобранная семьёй в Крыму, тоже борется со страхом. Она ластится, но прижимает уши, будто ждёт побоев из прошлого.
Площадка перед домом наполняется криками детей, вернувшихся с речки. Они делятся впечатлениями и жалуются друг на друга.
Эти дети, не случись чуда, могли никогда не заговорить. Они обрели семью, доверие и возможность любить. Жизнь в сообществе таких же семей даёт дополнительную поддержку и страховку на будущее.
«Вы же в город едете, попросите Таню Буланову приехать в Вырицу! — бросается Тоня на прощание. — Ну пожалуйста, пусть Господь управит».
