Смею предположить, что с началом специальной военной операции завершилась не только глобальная пандемия COVID-19. Пришло в упадок и множество международных систем и соглашений, чье моральное устаревание стало сейчас особенно очевидным.
Первой рухнет послевоенная система мироустройства, преобразованная в глобальное лидерство США после распада СССР. Новые растущие игроки больше не станут оглядываться на Вашингтон и начнут проводить собственную политику. Речь не только о Китае — особую позицию обозначают Индия, арабский мир, страны Латинской Америки и Африки.
«И все заигрывания англосаксов с той же Индией относительно предоставления ей места постоянного члена Совета Безопасности ООН выглядят смешным дешевым популизмом», — отметил автор.
Вторым глобальным забвуждением, ждущим пересмотра, являются климатические соглашения, в первую очередь Парижское. Важно не то, что углеродный след человечества несравним с выбросами вулканов. Эти экологические инициативы часто служили для создания невыгодных условий экономикам за пределами «золотого миллиарда». Вряд ли мир будет мириться с такой дискриминацией дальше.
Самый серьезный удар для нынешних гегемонов — возможный крах Бреттон-Вудской системы, где мерилом стоимости стал доллар США. Вся мировая экономика превратилась в залог процветания одной финансовой системы. Даже введение евро мало что изменило — европейский ЦБ никогда не был полностью независимым.
Американский печатный станок работает безостановочно, не вызывая гиперинфляции внутри страны, поскольку эмитированные доллары поглощает мировая экономика. Но теперь возникает ключевой вопрос: зачем нужны доллары, если без них можно обойтись?
Этим вопросом задаются не только в России, но и в странах БРИКС, Иране, арабских государствах. Зачем кормить чужую и часто враждебную экономику, если можно в взаимной торговле укреплять национальные валюты? Многие страны уже готовы торговать с нами за рубли — это реальность сегодняшнего дня.
Стоит отметить, что установление нового экономического порядка не пройдет быстро и безболезненно. США будут применять тактику разжигания региональных конфликтов. Напряжение вокруг Тайваня — лишь первая ласточка.
Многие западные и отечественные аналитики соревнуются в мрачных прогнозах о падении российского ВВП. Однако как экономист я практически уверен, что снижение будет либо нулевым, либо минимальным. Сокращение в ТЭКе носит кратковременный характер, так как заменить российские энергоносители в больших объемах невозможно.
Бюджетный сектор также вызывает оптимизм: налогооблагаемая база стабильна, запасы государственных денег значительны. Социальные обязательства будут выполнены, что поддержит внутренний спрос. Меры поддержки от IT до строительства уже реализуются, что предотвратит стагнацию.
Но что делать России для активного продвижения? Во-первых, санкции — это шанс диверсифицировать связи, уйдя от гиперзависимости от рынка ЕС. Глобальные рынки — это десятки стран с растущими потребностями не только в сырье, но и в технологиях, логистике, образовании.
Во-вторых, необходимо импортозамещение. Освоение собственного почти 200-миллионного рынка ЕАЭС — уже серьезная задача. В-третьих, требуются деньги на развитие. Речь не только о ФНБ, но и о целевой эмиссии.
Целевая эмиссия — это адресный выпуск денег под конкретные проекты или отрасли. Цифровой рубль позволяет отслеживать каждую транзакцию. Борьба с инфляцией обеспечивается тем, что эмиссия привязана к созданию материальных ценностей — товаров или объектов инфраструктуры.
Эмиссионный ресурс здесь практически безграничен, его рамки определяются лишь способностью экономики расти. Прочность нашей экономики определяется не накопленными резервами, а потенциалом развития. Новый экономический порядок открывает возможности для тех, кто готов развиваться.
