Группа литераторов, священнослужителей, деятелей искусства и депутатов обратилась с открытым письмом в Самарское областное министерство культуры. Они требовали прекратить финансирование постановок главного режиссёра Самарского театра драмы Валерия Гришко и лишить его зарплаты, которая тогда составляла 16 тысяч рублей. Подписанты письма, депутаты, получали доходы в разы выше. Сам Гришко жил в съёмной квартире в Самаре, так как его дом находился в Санкт-Петербурге.
Всё происходящее было связано с ролью архиерея в фильме «Левиафан». Режиссёра обвиняли в нелюбви к родине и дискредитации священнослужителей, требуя церковного покаяния. Сцена, где архиерей выпивает с мэром города, возмутила и протоиерея Всеволода Чаплина.
Валерий Гришко мужественно принял на себя удар. В интервью он открыто говорил о проблемах.
«В «Левиафане» Андрей Звягинцев указал на то, что есть коррупция, сращивание государства с церковью, покровительство не богоугодным делам, — говорил он. — Если я болен, то сам себя лечу. Правильно? Не кто-то должен сказать мне: «Эй, на тебе уже короста. У тебя нога отнялась». Как можно не замечать свою болезнь? У нас на многое закрывают глаза. Более того, заставляют и других это делать».
Он предупреждал, что игнорирование проблем ведёт к краху.
«Почему дырявят древний собор? Потому что сто лет здесь ожиревший поп, икая, брал взятки и торговал водкой», — достаточно вспомнить слова Александра Блока.
Чем это кончилось, мы знаем: храмы разрушали с восторгом. Если не лечить болезнь, она уничтожит.
Валерий не испугался нападок и подал в суд. Он одержал победу над депутатом и шестнадцатью подписантами письма, порочившими его имя. Его поддержали многие кинематографисты, включая Андрея Звягинцева, Николая Досталя, Карена Шахназарова и Валерия Тодоровского. Депутат был оштрафован, а самарский министр культуры лишилась должности.
«Я подаю в суд не потому, что было написано письмо, пусть говорят, что хотят. А за личное оскорбление в мой адрес. Человек, не зная меня, утверждает, что я не люблю родину и «жидко покакиваю на страну». Это прямые оскорбления и площадная брань. Вот за это я подаю в суд», — такие слова Валерий Гришко сказал в 2015 году.
«А еще за оскорбление отца-фронтовика и моей мамы, за оскорбление моей веры в господа Бога. Отец в 18 лет ушел на фронт, вернулся израненный, произвел меня на свет и 46 лет умер на моих руках с осколками в спине. Мать была угнана в Германию, где всю войну работала. Я подаю в суд, потому что отец на небесах не простит, если я этого не сделаю», — добавил он.
Подобные потрясения не прошли бесследно для здоровья. В последнее время Валерий Гришко тяжело болел и не смог победить недуг.
Сегодня его слова звучат актуально.
«Доказывать свою преданность государству легко. А доказывать преданность богу на земле нужно поступками, а не на словах, не проповедями, а заступничеством за бедных, протестом против безобразия, творящегося вокруг», — считал режиссёр.
Валерий Гришко родился в Ясиноватой под Донецком. Режиссёрское образование он получил у Георгия Товстоногова в ЛГИТМиКе, окончив перед этим Ленинградский институт культуры. Он работал режиссёром в Ленинградском театре имени В. Комиссаржевской, был главным режиссёром Новосибирского «Красного факела». С 2009 года руководил Самарской драмой как главный режиссёр, а в 2019 году стал её художественным руководителем.
Он продолжал сниматься в кино до последнего времени. Гришко сыграл патриарха Никона в «Расколе» Николая Досталя, Сталина в немецком фильме «Отель Люкс» Леандера Хауссмана, маршала Жукова в «Белом тигре» Карена Шахназарова и генерала Петрова в «Битве за Севастополь» Сергея Мокрицкого.
С Андреем Звягинцевым Валерий познакомился по скайпу, после чего его пригласили на пробы. Этот день — 12 апреля — он хорошо запомнил. Тогда он снимался в роли Сергея Королёва в «Генеральном конструкторе» Юрия Кары. Пробы у Звягинцева он прошёл успешно. Работа в «Левиафане» стала для него этапной в общественном смысле, вызвала большой резонанс и драматические события, изменившие его жизнь.
