Алексей Сальников — об экранизации «Петровы в гриппе»: «Меня не было на площадке, но я в восторге»

В сентябре в прокат вышел фильм Кирилла Серебренникова «Петровы в гриппе», снятый по моему роману «Петровы в гриппе и вокруг него». В интервью я рассказал о своём впечатлении от картины и объяснил, почему не участвовал в работе над ней.

Раньше вам поступали предложения об экранизации вашего романа «Петровы в гриппе и вокруг него»? – Нет, – ответил Алексей Сальников.

Чем вас заинтересовало предложение Кирилла Серебренникова? – Режиссёр меня заинтересовал. И просто сама по себе экранизация — это было очень интересно. Я сразу согласился, – заявил писатель.

У меня была возможность участвовать в работе, но я не стал этого делать. Я не кинематографист и даже не фотограф, не могу ничего решать в кадре или сценарии. Я просто пишу книги.

А не было опасений, что как-то не так представят на экране вашу историю? – Большинство экранизаций хорошие, поэтому и здесь чисто статистически должна была состояться удачная. Мне кажется, она состоялась, – предположил автор.

У меня не было конкретных ожиданий, и, может быть, отчасти поэтому экранизация мне очень зашла. Сделано это на высочайшем уровне — с вниманием к деталям, фантазией и любовью. Я просто в восторге.

Есть ли эпизоды, которые вы хотели бы включить в фильм? – Это надо было раздвигать формат до сериального, чтобы всё влезло. Уж как получилось — претензий нет, – добавил Сальников.

Теоретически, более подробно могло быть освещено детство Петрова с его другом Сергеем. Это стало некоей фигурой умолчания, но в целом получилось нормально.

Меня очень порадовали исполнители главных ролей. Режиссёр и кастинг-директор умеют выбирать людей именно так, как того требует материал. Тимофей Трибунцев, играющий несколько эпизодических ролей, меня обрадовал почему-то больше всех.

После успеха на Каннском фестивале и выхода в прокат в более чем 30 странах я заметил возросшее внимание со стороны российской аудитории, в основном журналистов. Последние две недели я практически только и делал, что давал интервью.

Сейчас замечательно, что проходят видеоконференции, когда не надо никуда ехать. Всё стало очень удобно. Разве что само ожидание интервью и его процесс слегка утомляют, но не сложнее, чем сходить в магазин.

После премьеры фильма планируется перевод книги на китайский язык. Я даже не представляю, как её примет аудитория с другим менталитетом. Это настолько далёкая культура.

У меня никогда нет особых ожиданий. Пускай всё идёт как идёт. От моих ожиданий ведь ничего не изменится. Искусство — такая вещь… Люди просто внезапно выбирают, загораются чем-нибудь.

А к критике как относитесь? – Я стараюсь оградить себя от того, чтобы злиться на людей, которые пишут что-то сугубо отрицательное. Пытаюсь беречь нервы, – признался писатель.

Сейчас между произведением и откликом на него самое минимальное расстояние за всю историю, исключая те времена, когда актёров закидывали помидорами.

Почему экранизации часто проигрывают книгам? – Дело даже не в том, чего не хватает кинематографистам. Иногда и автору не хватает терпения, чтобы принять видение режиссёра, – пояснил Алексей Сальников.

В итоге история всех рассудит. Если изменения в первоисточнике работают в интересах зрителя и сделаны хорошо — это замечательно. Но иногда что-то меняют в угоду моде, без внутреннего видения.

Есть любимые экранизации. Например, советский сериал «В поисках капитана Гранта». Он снят настолько здорово, что забываешь, где это снималось. Ещё «Серёжа» Данелии и Таланкина — тоже замечательная работа.

Мне поступали предложения об экранизации других моих работ. Там уже какая-то деятельность идёт, но пока рано об этом говорить.

Я не понимаю, почему до сих пор не сняли сериал по «Стальной крысе» Гарри Гаррисона. Первоисточник и с юмором, и пацифистский, и какой угодно. Я за любые экранизации классики.

Мы с женой следим за новинками. Сейчас смотрим сериал «Выжившие» и «Шифр» на Первом канале. В последнем очень смешной сценарий и забавная тенденция в изображении женских персонажей.

Мысль стать писателем зацепила меня ещё в детстве и протащила через всю жизнь. Я и был писателем, просто сначала меня не читали, а сейчас читают.

Я человек жёсткого плана. Каждый день ставлю себе определённый норматив. Бывает, пишется тяжело, но чем хуже начинается подход к странице, тем удачнее придумывается дальше.

Приходится иногда совершать насилие над собой? – Насилие порой есть, да. Любой труд требует определённого насилия над собой, – отметил автор.

Чтение — это, по сути, тоже писательская работа. Важно анализировать, почему произведение нравится или не нравится, чтобы не повторять чужих ошибок.

Меня недавно поразил рассказ Чехова «Мелюзга». Я понял, что наша юмористическая проза — какая-то не очень весёлая. Даже у Зощенко или в «Городке» сквозит грусть.

Детали в книгах — это и пережитый опыт, и игра воображения. Хорошая мысль или сравнение не забудется. Если скучно описывать пейзаж, его просто пролистают до следующего диалога.

Работа писателя в большей степени состоит из редактирования? – Да. Я каждое предложение переписываю, – согласился Сальников.

Потом идёт редактура с издательством — это наиболее утомительная часть, которая занимает примерно половину всего времени.

Чтобы стать успешным писателем, важна самокритичность. Нужно уметь критически посмотреть на свой сюжет и героев со стороны. Многие молодые авторы рисуют в текстах своё причёсанное альтер эго, а это не очень интересно.

Герой не должен быть каким-то конкретным. Надо просто смотреть, какой он получается. А для этого нужно много читать и сравнивать.

Есть книги, которые необходимо прочитать всем писателям? – Нет. Классики много, её за всю жизнь не перечитаешь, – заключил Алексей Сальников.