Дети Донбасса: между обстрелами и мечтами о мире

Для жителей Донбасса военные действия продолжаются уже восьмой год. За это время в Донецкой и Луганской народных республиках выросло поколение детей, которые почти не знают мирной жизни. Подростки провели свою юность, прячась от обстрелов и учась различать снаряды по звуку.

«А мы с мамой путешествуем!» — весело заявляет прохожим пятилетняя Варя на вокзале в Таганроге.

Люди с тяжёлыми сумками спешат к поезду. Все они эвакуировались из ДНР и ЛНР. Варя с мамой тоже уехали из Донецка, но девочка пока об этом не знает.

«Мы никогда не говорили дочери, что в её родном городе идёт войну, оберегали её. Сейчас я пытаюсь создать атмосферу путешествия», — рассказывает Света.

У неё на спине походный рюкзак — в нём всё, что она успела взять с собой. Прямо сейчас на платформе она решает, куда ехать дальше.

«Многие родители стараются сберечь психику маленьких детей и не говорят им прямо о войне, объясняя происходящее с помощью сказок», — сообщает Екатерина Сухинина, соучредитель фонда «Доброфонд».

Она родилась в Донецке и уехала в 2014 году. Сейчас Екатерина регулярно навещает родину.

«Как-то мы были в Донецке с сыном, и услышали звуки обстрелов. На вопрос, что это, я сказала, что это стройка. Так поступают многие», — говорит она.

По её словам, дети из Донбасса взрослеют быстрее и ко многим вещам относятся проще.

«Они не реагируют на детские раздражители. Им в голову не придёт хвастаться игрушками», — добавляет Сухинина.

Она вспоминает, как в 2018 году привезла в Москву группу детей из Донецка. Услышав салют, они все сразу сели на пол.

«Для них громкий звук ассоциируется с обстрелом. Они оглядываются на родителей, чтобы понять, как действовать», — поясняет общественница.

Осенью 2014 года семья Попковых пыталась выехать из Харцызска. Их автомобиль оказался в пятистах метрах от боя и был расстрелян. Все родные четырёхлетней Дианы погибли, а сама девочка была ранена в плечо. Из-за ранения у неё перестала расти кость правой руки. Недавно для Дианы собрали средства на операцию. Бабушка рассказывала, что первое время после трагедии девочке снились плохие дяди.

«Родителей я плохо помню. К тем людям, из-за которых это случилось, у меня нет злости», — рассказывает теперь уже 12-летняя Диана.

Сейчас она с бабушкой находится в родном Харцызске.

«Я нормально себя ощущаю сейчас, при войне. Уже не так страшно, как было. Но хочется, чтобы это поскорее закончилось», — говорит она.

14-летняя Лиза Бабаш из села Стыла до сих пор не может спокойно вспоминать август 2014 года.

«Мы с тётей пошли ловить связь. Начали очень сильно бомбить. Рядом разорвался снаряд. Рядом была тётя. Я не могу», — девочка замолкает.

Тётя погибла на месте. Лиза получила множественные осколочные ранения и перенесла восемь операций. Из-за перелома у неё перестала расти нога.

«У меня нет ненависти к людям, из-за которых так получилось. Мы всем хотим мира, чтобы как раньше, бегали по улице и не боялись», — говорит Лиза.

Сейчас её с бабушкой эвакуировали в Донецк. 13-летний Юра из Донецка рассуждает почти так же.

«Мир — это когда нет обстрелов, всегда спокойно. Война — это постоянные перебежки, жить нормально невозможно», — говорит школьник.

Юра — воспитанник Детского социального центра Донецка. Центр выехал в эвакуацию в Таганрог 18 февраля. Сейчас дети живут в оздоровительном комплексе на берегу моря.

«Когда мы приехали, то сначала покушали, потом легли спать», — обстоятельно рассказывает девятилетний Богдан.

Мальчику здесь нравится, но он хочет побыстрее вернуться домой, где его ждёт велосипед. 15-летний Дима уже бывал на Азовском море, но тогда он приезжал с мамой на отдых.

«Я помню, что откопал большую яму, заполнил водой и сказал маме, что это моё личное море», — улыбается он.

Дима хочет стать автомехаником и уже умеет чинить ходовую часть. 11-летняя Соня мечтает полететь в Париж.

«Я хочу попасть на Эйфелеву башню. Я стала сама учить французский язык», — рассказывает девочка.

Она скучает по дому, но говорит, что ей повезло — здесь у неё много друзей. Директор центра Татьяна Соркина говорит младшим воспитанникам, что они приехали на море, чтобы отдохнуть.

«Конечно, дети спрашивают, когда можно вернуться. Я пока не знаю даже примерно. Это всё надо пережить, но потом будет тихо и спокойно», — говорит педагог.

Она добавляет, что тогда дети больше не будут пугаться при звуке самолёта.