Свердловский омбудсмен Татьяна Мерзлякова сообщила важную новость для многих семей. Российским властям удалось установить судьбу военнослужащих, которые числились пропавшими в зоне спецоперации. Информацию о результатах этой работы она раскрыла в интервью порталу E1.ru.
Тема восстановления судеб бойцов стоит сейчас особенно остро. Только за 2025 год к уполномоченному поступило более 16 тысяч обращений от родственников. В целом количество вопросов, связанных с СВО, выросло почти на четверть. Людей волнует всё: от выплат до элементарного отсутствия вестей.
Одной из главных проблем стали ошибочные обвинения в адрес военных. Выяснилось, что командование нередко допускает ошибки в документах. Из 1348 жителей региона, которых объявили самовольно оставившими часть или дезертирами, в действительности уклонились от службы только 22 человека. Остальные попали в разряд нарушителей из-за путаницы.
«Из 1348 объявленных самовольно оставившими часть или дезертирами из региона в действительности уклонились от службы только 22 человека», — сообщила Татьяна Мерзлякова.
Но это еще не всё. Благодаря разбирательствам статус самовольно оставившего часть (СОЧ) уже снят с почти тысячи бойцов. Для их семей это означает не просто восстановленное имя, а возможность наконец получить все положенные выплаты. Бюрократическая ошибка лишала людей средств к существованию, и теперь эта несправедливость устранена.
Отдельная категория — те, кто долгое время не выходил на связь. Речь, в частности, идет о военнослужащих, чьи данные проходили через Центр приема и отправки погибших в Ростове-на-Дону. Омбудсмен пояснила, что отсутствие звонка домой не всегда означает трагедию, но требует проверки.
В поиске активно участвуют сами родственники. Мерзлякова отметила, что близкие самостоятельно мониторят сеть: они находят видео с российскими пленными, которые публикует украинская сторона. Так семьи получают хоть какое-то подтверждение, что их боец жив и находится в плену, а не пропал без вести.
Интересна и динамика запросов. При общем росте числа обращений тема пленных отошла на второй план. Количество таких просьб сократилось примерно в два раза. Возможно, это говорит о том, что работа по обменам и установлению местонахождения людей стала более эффективной, либо многие вопросы уже решены.
