Неизвестно, читал ли руководитель белорусского государственного телеканала ОНТ Марат Марков Оруэлла, но в своем видео с Романом Протасевичем он действовал строго по сценарию оруэлловской антиутопии. В романе Уинстон Смит должен был не просто умереть, а всем сердцем полюбить Большого брата.
«Безусловно!» — горячо ответил Роман Протасевич на вопрос, уважает ли он белорусского диктатора, во время эфира на ОНТ вечером 3 июня.
В этом смонтированном полуторачасовом видео экс-главный редактор телеграм-канала «Нехта» повторял, что сотрудничает со следствием и дает признательные показания. Он заявил о полном признании вины в организации массовых беспорядков, называл фамилии, негативно отзывался о Польше, Литве и Евросоюзе.
Также Протасевич просил не выдавать его так называемой «ЛНР», где его ждала смертная казнь, и утверждал, что ему безразлично мнение бывших коллег. Эфир прошел в прайм-тайм в рамках передачи «Марков. Ничего личного», которую ведет сам руководитель ОНТ.
Нет сомнений, что сказанное Протасевичем не имеет отношения к его реальным мыслям. Это результат сильнейшего давления — морального, физического, возможно, медикаментозного. Его отец, Дмитрий Протасевич, убежден, что к сыну применяли пытки и психотропные вещества.
Дополнительным фактором давления могло быть нахождение в соседней камере его девушки, Софии Сапеги. Ему, вероятно, подробно объяснили, что его экстрадиции требуют боевики «ЛНР», и показали, что там делают с заложниками.
Вряд ли кто-то из коллег по сопротивлению осудит его. Выбирать жизнь, свою и близкого человека, когда на кону смерть, — это нормально. Роман Протасевич поступил правильно.
Под немигающим взглядом Маркова Протасевич подавал множество сигналов о пытках. Это и фраза про «стальные яйца» Лукашенко — отсылка к придуманному им же «диалогу» спецслужб. Это и неестественная оживленность, и демонстрация ран на запястьях.
Путинская Россия стремительно движется по следу белорусского сценария. На роль Маркова сегодня готовы многие обитатели российского телевизора. Соловьев, Скабеева, Киселев или Симоньян справятся не хуже.
Что делать в условиях такой «лукашенизации»? Учиться моргать морзянкой? Собирать «тревожный чемоданчик»? Универсального рецепта нет. Протасевич сказал важную фразу: «То, что я говорю, я говорю здесь и сейчас».
Важно оставаться человеком в любых обстоятельствах. Иногда помогает твердое знание, что все подобные режимы смертны, а такие, как путинский и лукашенковский, всегда уходят внезапно. Главная задача — увидеть их конец.
